Playcast

Открытка (плейкаст) «Если б я мог знать...»

arktura , 13 октября 2010 года, 14:18


Если б я мог знать... Если б я мог знать...

Той осенью в Мостаре я любил Светлану. Если б мне знать, кто с ней рядом сегодня,
если бы знать, кто сегодня ее целует, если бы знать, кто сегодня срывает мои неспелые абрикосы…
Я говорил ей, ты сопливая девчонка, много всего говорил, а она плакала в ответ на мои слова, на мои руки, я говорил ей, ты ангел и чертенок, ты уже большая, не строй из себя святую, и всю ночь шли синие дожди…Не было ни птиц, ни солнца, ничего, она спрашивала, есть ли у меня брат, где я учусь, спрашивала обо всем. Мог бы я так с другой, не дай Бог… люблю ли ее, тихо спрашивала, и всю ночь над Мостаром шли синие дожди…В сумраке комнаты она казалась удивительно белой, но не хотела этого делать, не хотела или не смела, черт ее знает…Осень, та мертвая осень на окнах, ее глаза птицы, ее бедра серны и родинка, не смею сказать, маленькая лиловая родинка, или мне так казалось. А на окнах, как рождественские колокольчики моего детства, звонили капли, и по кварталам струилась ночная песня. Она рассыпала свои годы по паркету, ее губы были полными, как спелые персики, а груди теплыми, как маленькие щенята. Я водил ее по харчевням, водил повсюду, мы прятались в пещеры и забирались на чердаки, под мостами играли в жмурки, как хорошо, шептала она, как хорошо…
Я рисовал ее ноги на влажном песке, а она смеялась так ясно и так невинно, как первые лилии и плакала, как все женщины…Лето, и я совсем другой, пишу статьи для одной газеты, и ничего больше, а всю ночь над Мостаром шли синие дожди… В сумраке комнаты она казалась удивительно белой, но не хотела этого делать, не хотела или не смела,черт ее знает…Ни это небо, ни облака, ни эти крыши, ни выцветшее солнце над Мостаром, солнце истомившегося мальчишки, я не сумею забыть, ни ее волосы, ни маленький язык, сладкий, как клубника, ни ее смех, звучащий обещанием,
ни эту молитву в часовне на Белом холме, Бог велик, она говорила, переживет нас с тобой, ни эти тяжелые синие дожди ее осени...Она говорила о фильмах, говорила обо всем, немного печально что и мухи не смогла бы обидеть, я смеялся - глупая, ты не убийца, ты ребенок; ни эти улицы, ни этот высохший виноград в витринах не могу забыть, эту осень над Мостаром,
эти дожди…Она целовала меня всю ночь, ласкала, и ничего больше, Боже мой, и ничего больше. После снова были осени, после снова лили дожди, и только одно письмо. Ни эти листья на тротуарах, ни эти дни я не смогу, не сумею стереть…В письме она спрашивала, что я делаю, как живу, есть ли у меня девушка, думаю ли хоть иногда о ней, об этой осени, об этих дождях… Писала, что осталась прежней, ей-Богу, совсем такой же, божилась, чтоб я ей поверил, чтоб улыбнулся…

А я давным-давно проклял Бога, зачем мне клятвы, клянись, не клянись, что толку лгать?
В ее волосах запуталось лето, желтое солнце и море,  в первую ночь ее кожа была чуть-чуть соленой и в ладонях уснули рыбы. Мы смеялись, потому что кончилось лето, Потом умолкала и долго-долго молчала, я свободно мог думать обо всем на свете, превзойдя Спинозу, часами мог разглядывать других или бросать гальку вниз на камни, мог просто уйти куда-нибудь далеко, мог умереть от одиночества у нее на коленях, один в целом мире, мог превратиться в птицу,
в воду, в камень, мог все, что угодно...У нее были длинные, хрупкие, нежные, но быстрые пальцы, Мы ловили божьих коровок и гадали, и играли в прятки, Светлана, выходи, вон ты за камнем, я же не слепой и в своем уме, давай-давай поторапливайся, не то у меня получишь; когда она водила, я мог спрятаться хоть в реку, все равно находила сразу, говорила, что по запаху, что слишком хорошо меня знает. Я никогда не верил, наверное, просто подглядывала.
Она любила каштаны, мы приносили их в комнату и развешивали на нитках, она любила осенние розы, когда мои розы засыхали, она клала их в коробку. Я спрашивал ее, что она думает об этом мире...Спрашивал, хотела бы она иметь маленького сына, скажем, белокурого…Она прыгала: хочу, хочу,- потом вдруг становилась грустной, как увядший цветок: нет и нет, ни за что на свете, посмотри на него, ему бы только это, словно она свалилась с Юпитера, да и кто такой и почему именно он, а не другой, этого еще не хватало. Я говорил ей, глупая, ты же умница, ты ангел и чертенок, многое говорил. Она ничему не верила. Все вы мужчины такие, вруны и обманщики, и еще много всего говорила. А над Мостаром шли синие дожди...
Я действительно любил Светлану той осенью.
Если б мне знать, кто с ней рядом сегодня,
если бы знать, кто сегодня ее целует,
если бы знать, кто сегодня срывает мои неспелые абрикосы...

Перо Зубац.



Звук:Vangelis - Prelude
Изображение: Arktura
Текст:Arktura
Тэги: любовь осень дожди грусть женщина письмо