вход
закрыть
 | регистрация  |  16+

Плейкаст «Я — просто женщина, которой повезло — эти слова Одри Хепберн»

Natuza , 13 апреля 2007 года 15:47

Посмотреть в полном виде

Я — просто женщина, которой повезло — эти слова Одри Хепберн Я — просто женщина, которой повезло — эти слова Одри Хепберн

Она никогда не считала себя великой актрисой. А слава для нее была не чем иным, как кличкой любимого йоркшир-терьера. Когда пес погиб под колесами машины, она произнесла один из своих афоризмов: «Удел славы — дать привыкнуть к себе, чтобы затем неожиданно уйти».

Ее называли иконой стиля и мечтали носить на руках. А она, набросив простенькое пальто и не решаясь беспокоить помощницу по хозяйству, сама отправлялась на рынок и тащила домой сумки с продуктами.

«Я — просто женщина, которой повезло» — эти слова Одри Хепберн вызывали восторг. Но среди многомиллионной армии поклонников, готовых ради Одри на любую жертву, был один человек, который знал истинную цену, заплаченную женщиной-идолом за свой успех. Десятилетняя дружба с актрисой не позволяла ему верить в красивости, которые Одри говорила в интервью. Потому что из ее уст он слышал истинную правду…

Джонатан Смит вот уже тридцать лет живет в Монтре — знаменитом швейцарском городке, который прославил великий Владимир Набоков, проживший там свои последние годы. «Может быть, пройдет время и я тоже напишу книгу, которую оценят потомки, — смеется Джонатан. — Правда, я пока еще за нее и не брался. Но какие мои годы? 87 лет — не такой уж возраст. Хотя Одри не стало, когда ей было всего 63. Но я с судьбой силой мериться не стану. Все равно будет так, как суждено».

Смит родился в Брюсселе, жил в Амстердаме, женился в Лос-Анджелесе. «Почти калька с жизни Одри, которая тоже родилась в Бельгии, потом перебралась в Голландию, а став актрисой, переехала в Штаты, — говорит он. — Когда мы познакомились, то первое время болтали только об этом. «А ты помнишь Брюссель?» — «Конечно, мне так его не хватает». — «А каналы Амстердама?» — «Они снятся мне каждый день». Согласитесь, такое редко бывает — встречаются два человека и понимают, что у них была одна жизнь. Ну, не считая мужей Одри, разумеется. Я-то, в отличие от нее, был женат всего один раз.

Джонатан Смит вот уже тридцать лет живет в Монтре — знаменитом швейцарском городке, который прославил великий Владимир Набоков, проживший там свои последние годы. «Может быть, пройдет время и я тоже напишу книгу, которую оценят потомки, — смеется Джонатан. — Правда, я пока еще за нее и не брался. Но какие мои годы? 87 лет — не такой уж возраст. Хотя Одри не стало, когда ей было всего 63. Но я с судьбой силой мериться не стану. Все равно будет так, как суждено».

Смит родился в Брюсселе, жил в Амстердаме, женился в Лос-Анджелесе. «Почти калька с жизни Одри, которая тоже родилась в Бельгии, потом перебралась в Голландию, а став актрисой, переехала в Штаты, — говорит он. — Когда мы познакомились, то первое время болтали только об этом. «А ты помнишь Брюссель?» — «Конечно, мне так его не хватает». — «А каналы Амстердама?» — «Они снятся мне каждый день». Согласитесь, такое редко бывает — встречаются два человека и понимают, что у них была одна жизнь. Ну, не считая мужей Одри, разумеется. Я-то, в отличие от нее, был женат всего один раз.

ШОКОЛАДНАЯ ЛЮБОВЬ
Встреча Джонатана с матерью своих будущих детей действительно была довольно романтичной. Ее отец владел небольшой шоколадной фабрикой под Брюсселем. Для того чтобы воспитать в дочери уважение к деньгам, он раз в неделю отправлял ее за прилавок. Однажды в магазинчик нанес визит, выпавший аккурат на смену «трудового воспитания», молодой Джо.
Однажды — я навсегда запомнил этот день: 22 августа 1985 года — в нее зашла невысокая стройная женщина в огромных черных очках. Спросила, на каком языке я говорю — английском, французском или итальянском. Я ответил, что на любом, который будет угоден мадам. «Значит, французский», — улыбнулась она. И заказала двести грамм малиновых трюфелей. Вы же понимаете, что я не мог не предложить такой покупательнице чашечку чая.

Она согласилась. Прошла в заднюю комнатку и, расположившись за столом и сняв очки, внимательно на меня посмотрела. Только потом я понял, что она ждала моей реакции. А я, к своему стыду, не узнал знаменитой Одри Хепберн. Это все и решило — мы стали друзьями. Хотя я по сей день не устаю удивляться — как я мог не узнать самую знаменитую актрису моей молодости? Тем более что, несмотря на четверть века, прошедшие после выхода «Завтрака у Тиффани», она по-прежнему выглядела превосходно.

Одри заходила в мою лавочку каждую среду. Я уже знал ее вкусы, так что к ее приходу всегда был готов сверток со сладостями. Первое время она смущалась, что наши разговоры отрывают меня от работы. Но потом чашечка чая стала уже нашим ритуалом. О чем мы говорили? Обо всем. Во время первой встречи я не нашел ничего лучшего, как спросить, почему она любит шоколад. Глупый вопрос. А Лицо Хепберн вдруг стало грустным: «Потому что сладости заменяли мне родителей. Мама с папой постоянно ссорились, и только шоколад никогда не предавал меня».

Потом, когда Одри решила стать балериной, мать убедила ее внимательнее относиться к своей фигуре. За месяц перед походом в хореографическое училище девочка перестала есть не только сладкое, она вообще чуть ли не объявила голодовку. Правда, в училище ее все равно не взяли. Сказали, что 170 см — слишком высокий рост для балерины. И тогда Одри решила заниматься сама. Поначалу изображала упражнения у станка дома. А когда с началом Второй мировой семья перебралась из Бельгии в Нидерланды и стало не до балета, танцевала на улице. Брала скакалку и прыгала, пока от усталости не хотелось лечь прямо на мостовую. До последнего дня Одри весила 46 кг. Для кого же был шоколад? — спросите вы. Все, что покупалось в шоколадных лавках, предназначалось гостям.

ВОЙНА И МИР

Кстати, вы в курсе, что Тургенев был любимым писателем Хепберн? Она даже подумывала о том, чтобы выучить русский. Когда проект «Война и мир», в котором она сыграла Наташу Ростову, только-только запускался, Одри брала уроки русского. Ей вообще довольно легко давались языки — кроме английского, французского и голландского она свободно говорила на испанском и итальянском. Когда она закончила свою актерскую карьеру и стала послом Детского фонда ООН, ей это пригодилось. В конце жизни Хепберн шутила, что для полного счастья ей не хватает знания языков, на которых говорят народы Африки, — она же бывала и в Эфиопии, Сомали, Судане.

А вот Толстого она любила не очень. Хотя принято считать, что после «Войны и мира» она стала чуть ли не исповедывать толстовство. Вы понимаете, о чем я говорю? Одри вообще довольно спокойно относилась к этой работе. Роль Наташи не принесла ей никаких дивидендов — критики фильм разругали.

Да и с Мелом — то, что исполнитель роли Андрея Болконского был ее первым мужем, вы же знаете? — у них как раз начинались проблемы. Несколько раз беременность Одри заканчивалась выкидышами, и ее состояние можно легко себе представить. Каждый раз, когда она говорила об этом, ее голос начинал дрожать. Но я ни разу не видел на ее глазах ни слезинки.

Даже когда Одри вспоминала о страшной трагедии, произошедшей с ней на съемках «Непрощенной». Она в очередной раз ждала ребенка, но решила отказаться от услуг дублерши и сама скакала на коне. Во время одного из дублей лошадь понесла и Одри не удержалась в седле. Падение было довольно неудачным, и врачи сказали, что ребенка не будет…
Она не раз говорила, какой непростой характер был у Мела. Он требовал полного подчинения. А с Одри такие штуки не проходили. Хотя, наверное, все дело было в Феррере. Со вторым-то своим мужем она после развода общалась, а про Мела даже не хотела слышать. Несмотря на то что у них был общий ребенок — Шон.

Кстати, со вторым мужем — Андреа Дотти — Одри познакомилась, как ни забавно, именно благодаря Мелу. Тот так довел ее своими выходками, что она была вынуждена обратиться к психотерапевту. Им и оказался Андреа. Они поженились, у них родился сын Лука. На какое-то время Хепберн перебралась к мужу в Рим, сама вела дом, готовила и ходила за покупками. Но… Дотти был на девять лет моложе ее. Одри постоянно помнила об этом. А однажды увидела в газете его фотографию с какой-то молоденькой девушкой. Унижения ей хватало и в первом браке. Они расстались. Это произошло в 82-м году.

В 92-м году Одри вернулась из Сомали и вдруг почувствовала боли в желудке. Ее немедленно отправили в Штаты. Лучшие врачи осмотрели ее и поставили страшный диагноз — рак. Уже ничего нельзя было сделать. На личном самолете одного из друзей Одри доставили обратно в Швейцарию. Салон лайнера был украшен живыми цветами, а я послал ей коробочку малиновых трюфелей…

Хепберн не стало в январе 93-го года. Мы похоронили ее здесь же, в Швейцарии. Никогда не забуду, как на ее похоронах Элизабет Тейлор произнесла: «Ангел взлетел на небо». Я думаю, что она была права…

Одри говорила: «Кто любит, тот запомнит и так. А остальные пусть и не вспоминают»


Звук:"Moon river" в исполнении Одри Хепберн песня, написанная Джонни Мерсером и Генри Манчини в 1961 году. Она была исполнена Одри Хепберн в фильме «Завтрак у Тиффани»
Изображение: mp3-club.ru
Текст:www.rambler.ru



поделиться
закрыть
Социальная сеть Cсылка HTML-код BB-код Отправить на Email
Для отправки плейкаста, выберите социальную сеть, в которой находится ваш друг:
Пожалуйста, подождите.
закрыть

Последние комментарии (всего 4)

Автор разрешил комментарии только зарегистрированным пользователям.

Совет дня

У вас нет Photoshop'а? Не умеете работать в графических редакторах? Воспользуйтесь инструментом для нанесения текста на изображение. Мы предлагаем вам 80 лучших шрифтов для создания гармоничных и изящных коллажей.